"Artemia070507" Спасибо!

У Джефа в гостях была Глафира Надежда Сибири.
По следам этого визита написал несколько заметок.

Глаша, радость наша!

Люди как кошки, кошки как люди.

Эпизод 1.

Оставляю Джефа с Глашей на даче, уезжаю на работу.
Вечером приезжаю, осматриваюсь, как они тут.
Еда почти нетронута, Джеф неусыпно бдит подругу, та демонстрирует подчёркнутую независимость, а при проявлениях мужской настойчивости отвешивает тумаки тяжёлой лапой сибирской кошки. Тем не менее, клочки шерсти на полу указывают на положительную динамику процесса.

- Джеф,- говорю я,- оставь в покое эту недотрогу, иди поешь, тебе силы нужны.
Беру кота на колени, начинаю ложечкой скармливать ему уже подсохший мокрый корм из блюдца. Тот покорно глотает, периодически пытаясь вырваться обратно на пол.

Глаша, оставшись одна, теряет невозмутимость и начинает проявлять интерес к происходящему. Подходит, внимательно смотрит на нас, обнюхивает мотающийся из стороны в сторону хвост кота. Джеф с удвоенной силой возобновляет попытки вырваться из моих заботливых объятий.
- Нет уж, голубушка,- говорю я Глаше,- мы ж тебе были не нужны? Так дай нам поесть спокойно, погуляй пока.

Глаша делает кружок, возвращается и всем своим видом вопрошает:
- А почему я брошена и забыта?

Ладно. Скармливаю Джефу ещё пару ложечек и отпускаю.
Освобождённый кавалер с радостным мяком подбегает к даме… Бах! Получает удар лапой!

Ах, женщины… Все вы одинаковы в своём типично женском поведении…

Эпизод 2.

Когда Джеф проводит день один, запертый на даче, то вечером он встречает меня у входной двери и с громким мявом просится на улицу.
Начинает активно всё обнюхивать, шарахаться в кустиках, рыть ямки в грядках, жевать травку, делать стойки на птичек и т.п.
Собственно, и в городской квартире-то он всегда встречает приходящих у двери, приветственно мяукая.

С появлением Глаши Джефа как подменили. Захожу в дом… тишина.
Никто не встречает, никому я не нужен… Ау, дети, вы где?
Джеф, лёжа на стуле, поворачивает ко мне голову и тут же отворачивается к даме, чей хвост торчит откуда-то из-под кровати.
Выношу его проветриться, ставлю на траву. Кот, не задерживаясь ни на секунду, взбегает на крыльцо и начинает ломиться в дверь, требуя вернуть его в лоно любви.

Так проходят сутки.. двое..
На третьи кот при моём появлении потребовал пожрать, стоя у опустошённой кормушки.
На четвёртый вечер Джеф с подмяуком радостно шмыгает в открывающуюся дверь и начинает исследования ближайших кустиков. Иду за ним следом, некоторое время гуляем.
- Эй, Джеф,- говорю я ему,- а ты никого не забыл? Глашу-то на кого бросил?

Ноль внимания. Какая подруга?! Мужика к юбке пристегнуть хочешь? У нас тут мужские дела,- пытаемся охотиться на птичку, севшую на ближайшую ветку!

Эх-х, мужчины… И вы все одинаковы!

Эпизод 3.

Уставшая пара спокойно существует совершенно параллельно. Джефовы попытки расшевелить даму становятся всё реже и безуспешнее. В конечном итоге, они превращаются, скорее, в слабеющие воспоминания о былых безумствах, нежели в возрождение утраченного торжества любви.
Глафира забивается в местечки поуютнее, всем своим видом демонстрируя тоску по родному дому.
Вязка окончена, пора увозить.

Уезжаю с кошкой в город, оставив кота на даче. Вечером приезжаю. Джеф с громким мявом выбегает на веранду, обследует все уголки, просится на улицу. Там делает круг и поспешно возвращается обратно в дом. Смотрит на меня растерянно, и из его горла вырываются глубокие горловые звуки, раздирающие моё сердце на кусочки.
- Где она?! Верни её! Гла-аша-а-а-а!!!

Звоню Наталье, хозяйке Глафиры, интересуюсь, как она там.
- Ну, радостно побыла у меня на руках, у мужа вот сидит сейчас. Но периодически обходит квартиру, на балкон выходила, обратно зашла, по всем углам шарит… Мяукает… Зовёт, наверное…

Да… «Что имеем, не храним, потерявши, плачем».

Эпизод 4.

Глафиру не назовёшь «домашней игрушкой». Даром что «Надежда Сибири». Серьёзная крупная сибирская кошь, знающая себе цену. Со своими домашними, ясно дело, ласкова, но к посторонним с кондачка на контакты не идёт. Когда я привёз её на дачу и выпустил из переноски, Глафириным вниманием с ходу завладел Жоффрей, поэтому мне удалось погладить её без разрешения.
Подосвоившись в чужом доме, Глаша с большой осторожностью разглядывала меня с расстояния. На мои заискивающие призывы подойти не спешила, а когда всё же приблизилась, солидно и с достоинством обнюхала протянутую руку, помедлила, пока я гладил её по роскошному воротнику, и отошла. На моё наглейшее движение рукой вослед немедленно последовало предупреждение с шипом и поднятой лапой:
- Не для тебя цвету!
- Ладно, понял!- я оставил свои притязания, предоставив коту завоёвывать сердце дамы, и таким образом мы мирно сосуществовали втроём несколько дней. Глафира иногда снисходила до обнюхивания моей ноги или руки. Всякий раз это выглядело, как огромное одолжение.

Весна в Иркутске нынче весьма кучерявая. По распускающейся от раннего апрельского тепла зелени выпадает майский снег в двадцать сантиметров покрова, пригибая и ломая одевшиеся ветви деревьев. Промозглый минус быстро сменяет солнечный плюс, превращая темнеющий покров в бурлящие потоки, в пару суток всё подсыхает, оживает всё, что не замёрзло… до новых заморозков. И так уже несколько раз.

В тёплые дни я оставлял на день кошек гулять на веранде и мансарде с доступом на затянутый сеткой балкон. Глаше, одетой в роскошную шубу, это так понравилось, что она не захотела вернуться вечером в обогреваемое помещение. Оставил её на ночь на прохладной веранде, закрыв доступ на второй этаж. Скинувший остатки подшерстка Джеф ночевал со мной в доме. Всё по-пионерски, мальчики отдельно, девочки отдельно.

Просыпаюсь в седьмом часу утра, смотрю в окно - по улице метёт. Опять зима возвращается. Выхожу на веранду, зябковато. Глаша сидит наверху лестницы под дверью мансарды. Зову её в дом,– не реагирует. Ко мне присоединяется Джеф. Поднялся к подруге, помяукал, та и ухом не повела. Ну и сиди, коли так, возвращаюсь досыпать. Кот шмыгает за мной в тепло. К тому дню как раз любовь у них уже поуспокоилась.

Когда вышел повторно, кошки не видать. С закрытой веранды ей деться некуда, обшариваю закоулки. Нахожу Глафиру сидящей под самой крышей сбоку от лестницы в коробе ветровых досок подшивки. У нас там специально не зашита часть стенки для хранения дачной требухи – укрывной материал, полиэтиленовая плёнка, мешки-коробки и т.п. Разгребла это всё и зарылась в норку.
Мне надо уезжать в город, ну, не оставлю же я так кошку до вечера. Еда, вода, горшки,- всё в доме. И холодно. Неизвестно, что к вечеру будет.
Зову – не идёт. Надо как-то вынуть её оттуда. Убираю часть коробок, протягиваю руки… Раздаётся предостерегающее шипение: - Не трожь! Вот ведь, какая дама несговорчивая…
Одеваю перчатки, сверху брезентовые верхонки. Быстро не процарапаешь, а долго я с тобой и возиться не буду. Без обиняков хватаю кошь поперёк тела… Больше ничего не успел. Возмущённая до глубины души Глаша мгновенно превратилась в бешеную фурию. Движение головы, и моя двойная защита с лёгкостью прокушена вместе с рукой. Страшна месть оскорблённой женщины!
Набросил на кошку сложенное в несколько раз укрывное полотно, закутав её с головой, и в таком виде занёс в дом рычащий и барахтающийся клубок.
Будучи отпущена, Глаша метнулась под диван и там затихла.
Мд-да, девушка… как же я тебя в переноску-то садить буду завтра…

Вернувшись вечером, застаю кота, мирно дремлющего на стуле. Кошки не видно. Заглядываю под диван, под кровать, под стол, по всем углам… Нету.
- Джеф, ты куда Глашу дел?
- Мяу.
- Да не мяу, а покажи, где Глафира-то?
Джеф соскакивает на пол, подходит к дивану и мяукает прямо в него, оглядываясь на недогадливого хозяина. Поднимаю подушку сиденья, из диванной коробки на меня смотрят прекрасные синие глаза нашей гостьи.
- Глашенька, выходи, покушай.
Нет. Очевидно, после утреннего происшествия я окончательно вышел из доверия.

Утром меня разбудило хрумкание. Голод не тётка, Глафира стояла у печки и подкреплялась сухим кормом. Подождал, пока она поест, авось с сыта подобреет.
Встаю. Глаша в течение несколько секунд смотрит на меня, потом обегает полукругом и прячется в диван. Нет мне прощения. Экая мадам злопамятная…

Ну и ладно. Всё равно мне злодею обижать её, садить в переноску. На сохранение добрых отношений рассчитывать не приходится. Только как же это сделать-то… На уговоры времени нет.
Глашина переноска мягкая, полутрубой, с открывающимися торцами на замках. Приготовил её, открыл с одной стороны. Собрался к поездке.
Беру небольшое шерстяное покрывало, складываю вдвое. Толщина выходит внушительная. Планирую накрыть им кошку, как вчера, а там уж как-нибудь запихну.
Беда только, третья рука нужна – две на одеяло, одна на диван. Ничего, коленом придержу.
Подымаю половинку дивана, вторая с грохотом падает, перепуганная Глаша стремглав выскакивает оттуда и прячется под кровать. Ну, всё, сладить миром не удалось, начинаем воевать.

Лезу под кровать. Глаша в углу, деться ей некуда. Обнимаю рычащую кошку покрывалом… Укус! Мизинец на правой руке как молотком ударили. Мощные клыки сибирячки прошили двойной войлок и пробили ноготь насквозь.
Вылетаю из-под кровати в одну сторону, Глафира в другую. Меня надо было укусить второй раз, прежде чем я понял, что руками к кошке лезть нельзя.
Любая женщина станет лютой тигрицей от насилия над собой. А тем более имеющая при себе все необходимые для этого атрибуты.

Решаю попытаться подсунуть Глаше переноску. Буквально несколько дней назад на выставке видел, как сбежавший с ринга кот спрятался в попавшейся на пути переноске. Причём даже не в своей. Там его и поймали.
Беру в одну руку палочку, в другую переноску и гоняюсь за кошкой. Палочкой преграждаю ей пути отхода, переноску надвигаю открытым торцом. Шипящая и рычащая Глафира, не будь дурой, всякий раз перепрыгивает переноску и убегает. Сделали с ней несколько кругов по комнате вокруг печки, сосчитав все закоулки. Безрезультатно.
Джеф, мяукая, лезет в гущу событий, не понимая, что происходит.
- Джеф, ты бы лучше придержал подругу за загривок, помог мне!
Не понимает.
- Ну и отойди отсюда, мешаешь только!

Смотрю на часы – догонялки длятся уже почти час, а игра в одни ворота. Неужели придётся везти сюда хозяйку из города… У меня полетят все планы на сегодняшний день.
И тут в памяти всплывают какие-то сюжеты, виденные в фильмах о животных.
Вырезаю на конце палки паз, отрезаю кусок верёвки. Привязываю верёвку к палке, на другом конце верёвки вяжу затягивающуюся петлю. Пытаюсь надеть петлю на лапу кошки. Верёвка синтетическая, жёсткая и какая-то мятая. Петля не раскрывается в достаточной степени. Беру вторую палочку. Глаша пока не раскрыла моего коварного плана, не убегая, сидит за тумбочкой и бьёт лапой по приближающейся петле. Это мне на руку.
Второй палочкой надеваю петлю на лапу и затягиваю. Есть!

Вытягиваю кошь на открытое место. Та, взвыв, пытается перегрызть верёвку. Так… а как же тебя в переноску-то запихать… Ага!

Приоткрываю противоположный торец переноски, провожу палку с верёвкой насквозь и затягиваю упирающуюся кошку внутрь трубы. Глаша, поняв, что проиграла, отчаянно рычит и пытается выдавить вторую стенку. Джеф реагирует на это неожиданным образом, – зашипев, подскакивает к переноске и бьёт по стенке лапой. Что это? Нападение на плохой предмет, обидевший подругу, или обратное? Проявление мужской солидарности, защита хозяина? Прошла любовь, завяли помидоры?
Поспешно заталкиваю Глафирин широкий зад в трубу, подбираю хвост, поднимаю и застёгиваю стенку. Всё!
Отвязываю палку, верёвка остаётся торчать уже до дома. Выковыривать в щелку лапу, чтобы самому снять верёвку, я не берусь. Научен уже.

Когда узнавал про Глашу по телефону на следующий день, спросил у Натальи, легко ли кошка позволила снять верёвку с лапы.
- Да вы что, она с радостью вышла ко мне из переноски дома, замурлыкала сразу, конечно, я сняла петлю без труда.

Кошачьи укусы и царапины обычно заживают очень долго. Ранки глубокие, воспаляются, гноятся, бывает, требуется лечение антибиотиками.
Откушенный кусок ногтя на моём мизинце отвалился через пару дней, но сами ранки быстро затянулись без воспаления.
Глаша оказалась не ядовитой.

Какая харАктерная дама! Долго она гостила?
Я уж думала, что наших без боя в переноску не запихнешь, а бывает и хуже

Пять суток

Замечательно пишите, только вот укушенную руку жаль

Интересное кино! А как в первую встречу с Глафирой обошлось, без крови?