Нашла интересную статью по теме.
Что такое «одеваться по возрасту» и стоит ли это делать?
Мир заполнили многочисленные статьи о том, как одеваться женщинам «после тридцати», «после сорока», «после пятидесяти»… Хотя нет, про «после пятидесяти» таких статей уже не бывает, потому что в глянце не бывает такого возраста. Зрелость там наступает после тридцати, после сорока — глубокая старость, за которой только тлен, боль, внуки, дача и забвение.

Итак, тридцатилетним «женщинам» советуют прекратить молодиться и достойно встретить зрелость. В списке обязательно будут упоминаться «классика», «вечные ценности», «шанель говорила», «выглядеть дорого», «шелковый платок», «можете себе позволить», «качественные вещи», «до середины колена» и прочее, намекающее на то, что отцвели уж давно хризантемы в саду. И пора прекратить дурить и начать становиться взрослой тетенькой.

Вопрос в том, что сейчас бывает сложно отличить двадцатилетнюю горожанку от сорокапятилетней. Мир изменился, молодость современной женщины длится гораздо дольше, чем молодость ее мамы, бабушки и тем более прабабушки. На то, на сколько лет вы выглядите, биологический возраст оказывает куда меньше влияния, нежели образ жизни, генетика, занятия спортом и веселая придурошность сознания.

Попытки запихнуть женщин по ячеечкам кажутся мне странными и искусственными. Когда подруга с фигурой бестелесной лесной нимфы и ногами Наоми Кемпбелл говорит, что больше не решится надеть шорты — ведь ей уже тридцать! Когда крутой артдиректор машет ногой в кедике (с рисунком манга, спецвыпуск для Японии — как она их достала, одному богу известно) и грустно вздыхает, что, наверное, они ей уже не по возрасту. Наверное, пора одеваться серьезнее… И дорогие шелковые платки носить на шее, а не продевать в петлички драных джинсов вместо пояса.

Я знаю мудрую 23-летнюю маму шестерых детей (среди них есть близняшки) и 24-летнюю директора пиар-службы огромной корпорации. Моя знакомая тридцати восьми лет размышляет, готова ли она родить своего первого ребенка: недавно она впервые вышла замуж по огромной любви, но желание мужа как можно скорее обзавестись детьми оказалось для нее несколько неожиданным. Она бы предпочла еще несколько лет провести только вдвоем. 40-летняя подруга поступает учиться на акушерку — она всегда об этом мечтала, но в свое время не решилась признаться в этом родителям. 35-летняя знакомая сейчас изо всех сил готовиться сдавать экзамены в художественный институт: у нее просто невероятные способности к рисованию, она уже несколько лет занимается частным образом и вот решила получить официальное образование.

Что общего у всего этого с модой? А то, что ни двадцатилетний директор, ни сорокалетняя студентка в общем никак внешне не выделяются на фоне своих коллег и одногруппников. Вся эта «спокойная классика для зрелого возраста» — удивительная чушь, эйджизм и спекуляция на женских страхах. Не поддаваться им сложно: я помню, как второй раз выходила замуж в тридцать лет — и стеснялась купить пышное свадебное платье, которого очень хотелось. Выбрала очень спокойное и, конечно, безо всякой фаты. А теперь с огромной грустью смотрю на подруг и знаменитостей, выходящих замуж в самых что ни на есть принцессовых свадебных платьях. Вне зависимости от биологического возраста.

Мне кажется, что не просто так сейчас популярными стали подборки с фотографиями прекрасных, безумных и модных старушек в невероятных нарядах. Они как обещание новой жизни, как глоток свежего воздуха, как шокирующая в общем-то мысль, что после сорока у большинства из нас — будет еще в среднем сорок лет активной и полной событий жизни. Во время которой можно будет носить безумные кеды и классические лодочки, короткие юбки и льняные балахоны, подвязывать шелковым платком растрепанные волосы, чтобы не мешали заниматься серфингом, или надевать его под классический тренч. В эти следующие сорок лет можно будет выйти замуж, родить ребенка или даже двух, няньчить внуков, пойти учиться, открыть в себе новый талант, пробежать свой первый марафон, поменять страну, работу и цвет стен в квартире.

Нет никакой особенной моды для тридцатилетних или сорокалетних. Есть просто красивая одежда, а есть не очень. Есть разные фигуры, разные цели, разные ситуации. Бывает, когда хочется быть строгим профессионалом, а бывает — роковой соблазнительницей. Но мне сложно представить возраст, в котором женщине вдруг станут противопоказаны джинсы, веселые кеды или солнечные очки самых дурацких форм.

Парк. Утро. Пробежка. Вдруг меня обгоняет девица. Любуюсь на ее круглую задницу, думаю: «Обгоню, посмотрю, кто такая!». Девице оказывается больше 40. Несется, как шустрая козочка.

Ресторан. Вечер. Читаю меню. Вдруг в мой «кадр» попадают женские ноги: облегающие джинсы, тяжелые зеленые «мартензы». Что за модная красотка? Поднимаю глаза. Красотке лет за 40....

Им за сорок! Они спортивны, веселы, угарны. Их юность пришлась на 1990-е, тогда они вдохнули веселящего газа свободы и до сих пор летают и резвятся. «Пили всю ночь, гуляли всю ночь до утра», как примерно пел Цой.   
Маникюр и педикюр – обязательно. Косметолога и парикмахера не пропустят ни за что.
Тем, кому за 40, это феномены нашего времени. Я от таких женщин балдею.
У таких красавишен нет проблем. Они собой довольны. А если и недовольны, подмигивают себе в зеркало и – шмыг за дверь. Вперед, в театр, на тусовку, в фитнесс- зал. Они классно выглядят, им прикольно жить. Они приводят в зал своих дочек-подростков. А дочки вполне могут привести такую маму в свою компанию, та зажжет так, что чахлая молодежь упадет.

На модных выставках сплошь – они, за 40. Молодых мало, молодые смотрят сериалы. Крутые же тётки везде успевают. У них ровное дыхание, горячее сердце, насмешливый взгляд.

У них за плечами – трагедии, потери, несчастья. Измены мужа, скандалы с детьми, первые морщины. «О, боже, нет!» А теперь все отболело, дети очень взрослые, морщины?  Ну не сходить же с ума от них. Они не делают пластические операции, они не сумасшедшие. Хотя кремики утром и на ночь – святое. И волосы подкрасить – может, рыжей стать?

Они лихо наряжаются. И не выглядят нелепо. Нелепо можно выглядеть в молодости: дурацкая сумка, дешевое платье, немодные джинсы. В молодости вся эта чепуха важна. У тебя «контракт» с обществом, ты должна вписываться в каноны, регламент, протокол. Ты – социальный планктон. Когда тебе за сорок- контракт разрывается. Как сказала мудрая Изабелла Росселлини, «возраст – это свобода». Ты уже никому ничего не должна, ты живешь, как тебе хочется, ты – свободна. Тебе плевать, будут ли мужики пялиться на твою задницу, тебе начхать, что скажут занудные подруги. Рыжие кудри, цветастое платье, кеды. «О, моя маленькая бейба!», как пел Сукачев. И, черт возьми, в этой свободе, в этом смехе, в этой развинченной походке сексуальности больше, чем вон в той юной полногрудой цыпочке, которая сидит в ресторане и глядится ежеминутно в смартфон: как помада, как челочка лежит, как реснички хлопают? Цыпочка головой шевельнуть боится, цыпочка вся на нервах, цыпочка себя продает. Она на «контракте».

А рядом сидят три крутые женщины за 40, пьют вино и хохочут. У них впереди веселый вечер. У них впереди большая интересная жизнь. Да и какие они "женщины"? Девчонки! Пусть и с морщинами. Девчата, можно я к вам присяду, а? Хочется угара, а с юными скучно.