Все ужинаете? Четвертый час пошел уже Аппетиты у вас однако....

Ой, забыл! Ща.

Друзья, во у нас тут дела! Скоттиш наша, Эмильен то есть, довыпендривалаь. Все в Женихах рылась, в страйтах-то. Помните мультик про пиджак с карманАми? Там тетенька толстая такая, с короной на голове, кэээк кулаком по столу хрясь! Мы в Женихах-то, говорит, как в сору роемся. Не хотела дочку свою Ульянку замуж Ване отдавать. А Ваня был очень положительный, животных спасал – и кошку, и собаку, и даже змею. А тетка с короной царица вообще-то была. Но плохо воспитанная. Разве ж царице ж прилично кулаками по столам стукать так, что посуда подскакивает? Ну и дочка ее тоже оказалась что зря. Ваню обдурила. Хорошо, что он в конце ее вернул родителям, на что ему такая нужна?
Ой, опять я отвлекся, мультики я очень уважаю.
Так вот, про Эмильен. Она, значит, тоже все рылась, как та Ульянка. И дорылась.
Унесли ее хозы куда-то. Я думал, снова к страйту какому-то. Но ее скоро назад принесли. Сонная, и в смирительной рубашке – на спине завязочки. И запах от нее такой медицинский.
Я-то сначала не понял ничего. Думал, у нее крыша съехала, вот ее и завязали, что б не буйствовала. Тем более, что она когда проснулась, то сидела злая, надутая, и под нос себе повторяла: «Хозы – гады! Хозы – козы!» Я ей говорю – зачем их ругаешь? А затем, говорит, что у меня теперь из-за них в пузе дырка. Я так испугался! Как, говорю, дырка? Так, говорит, дырка. Отвяжись, говорит. Ты мне теперь совсем даже не интересен и не нужен ни на что. Так что отвали.
Ну, я и отошел. А сам думаю – зачем же ей дырку в пузе сделали? И как она теперь будет?
Тут Тоненькая идет, потягивается. Задние ножки поднимает по очереди параллельно полу. Смешно так выглядит. Тянет, тянет ножку назад медленно, во всю длину вытянет, подержит так, обратно поставит. Потом вторую тянет. Разминается. Балерина наша. Я у нее и спросил. Она говорит, да нет никакой дырки. Вернее была, но ее зашили, скоро зарастет и будет вся скоттиш целиковая, без изъянов. А зачем все же делали-то, говорю?
А затем, говорит, чтоб не заболела. Я опять не понял. С чего ей болеть-то, говорю. А с того, отвечает, что Женихов постоянно динамить для здоровья вредно. Тут уж так: или котят коти, или заболеть можешь. Вот ей хозы стерилизацию и сделали. Ты, говорит, не переживай, через неделю будет как новая.
Все-таки мне не очень это понятно. И Эмильен немножко жалко, хоть и злюсь, и на нее и на хозов – так я котят и не дождался.
Кот Максим.

Максик, передавай Эмильен, чтобы не злилась - это для ее пользы сделали. И пусть побыстрее поправляется.

Передам. А только она в своем репертуаре. Тоненькой говорит - развяжи мне завязки на спине. Что это меня завязали как колбасу - перетяжками. Мешает. Тоненькая один бантик развязала ей, но потом спохватилась - а ты шов лизать не будешь? А Эмильен - конечно, буду! Тогда Тоненькая не стала больше завязочки трогать. Она мне тогда - развяжи. Но я не стал, хоть и очень хотелось. Не затем, чтоб шов лизала, а просто я люблю веревочки дергать. Но не стал. Вдруг шов тогда не заживет и дырка останется?

Привет, кот Максим! Ты не переживай, не станется дырки у Эмельен твоей. Через пару недель даже следа не будет от шовчика. А характер станет у твоей подружки - золотой (ума, правда, не прибавиться )
Бося, кошь без дырки в пузе

Ракита, скорейшего выздоровления Эмильен!

Быстрого выздоровления Эмильен!

Привет, друзья!
Эмильен наша уже ходит, но как-то странно - задом. Пятится, пятится. Я говорю - чего это ты? Вылезти хочу, говорит. Откуда вылезти-то? Да из этой дряни, которой меня обмотали. Не нравится мне, говорит, мешает. А вы гады, что снять не поможете. Я говорю, ниоткуда ты так не вылезешь, не получится. А она - ну и пусть. Зато хозам назло. Пусть думают, что я вообще ходить нормально не могу и мучаются угрызениями совести. И меня жалеют. Они и правда жалеют, вкуности дают и хвалят, комплименты говорят. А она с ними сурово так, хмурится. Не поддается.
Кот Максим.