Опять дача, все те же действующие лица, собственно. На этот раз точно в сценарии были и моя мама, и папа Понедельник или вторник, потому что муж и свекр уехали в город по ощущениям вот только что, то есть до пятницы и субботы еще далеко.
Сидят три девицы под березой – я, свекровь и маман в гости пришла. Как всегда стараемся разговаривать о чем-то отвлеченном от темы правильности воспитания нами ребенка, чтобы не вышел скандал. Природа, погода, соседи, урожай, политика (хотя тоже стремная тема), ну и так далее.
Слышим где-то тонкое такое тихое «мяу»…»…
Знаем, что Муся только что вошла в дом, все четко это видели. Персика тогда еще не было. Это случилось лет 11-12 назад.
И звук вроде как с огорода, с поля. А там забор, пол, лес, в лесу – дачи. Котов у нас разных по саду шатается всегда много, поэтому ничего в этом удивительного, что где-то идет кот и орет.
Но по тропинке на нас, прямо а ногам вышло нечто. Всклокоченное, жалкое, мокрое (дождик был утром), с несчастной мордой и злобным при этом взором, сраной абсолютно задницей и охрипшим голосом.
Бабки сослепу вообще подумали что это лиса или что-то типа того, чучело какое-то ужасное.
Но это была молодая, судя по размеру и внешности, персидская кошка персикового окраса.
Как мне показалось гораздо породнее моей Муси, то есть, возможно, реально перс. Без ошейника, без ничего. Вид такой, будто бы по лесам и полям она ходила неделю.
По всему было ясно, что шла она целенаправленно на голоса людей. То есть это домашняя кошка, явно знающая руки. Потеряшка? Может быть. Но никто не спрашивал и не искал все лето никого такого. Собачку искали, а кошек нет. Оставили на даче и уехали? Вот это вероятно. Во-первых после выходных дело, во-вторых кошка видно что нездорова, возможно уж неделю моталась и ждала хозяев. Дело опять как на грех под конец сезона, то есть самое время оставлять и бросать.
К рукам пошла сразу.
А дальше то что? Ну попу я ей сразу вымыла. И надо сказать она так обрадовалась людям, что урчала пока я мыла ей зад холодной (из бочки садовой) водой. Потом, конечно же накормила до отвала. А дальше что? Мама моя – противница кошек больше одной однозначно. Свекровь тоже не выявила никакого интереса к кошке, муж в городе, его в союзники с расстояния не призовешь.
Мне кошка внешне совсем не импонировала, ни цветом, ни мордой, чтобы начать всех уговаривать оставить. Сын, который вышел из мимимишкного возраста восторгов «ой, смотри мама киса», и только начал входить в гацкий подростковый возраст откомментировал «Фу, на дьявола похожа. Не надо нам такую!» Рожа, надо признать у нее была на самом деле жутко недобрая.
А я еще начала осознавать, что в доме у меня своя и любимая кошка и что понос – это признак самых разных болезней и что здоровое животное нормальные люди вообще никогда на выбросят, да и больное тоже, только если оно больно чем-то ужасно опасным типа бешенства.
Рисковать Мусенькой я боялась.
Карантинить где-то, кроме как в душе было бы негде. А там днем такая духота, что кошь умерла бы через час.
Оставалось просто разрешить ей быть пока на улице возле дома, пока будем думать что делать. Посадила ее под березу.
Думать? Да думала по сути одна я. Интернет тогда, конечно, уже был. Но такой еще пока шаткий, до мобильных телефонов и дач не докатился, только в городе. И Пик наверное тоже уже был, может в самом зачаточном состоянии еще, но был. Или его аналог. Но я даже не подозревала о том, что бывают какие-то волонтеры, платные передержки, кураторы, помощники. Для меня волонтерами были наши соседи – дачники (под другую сторону от соседки местной, что упоминалась в первой истории), которые просто подобрашек себе берут и ухаживают. К тому времени их у них было уже достаточно в моем понимании, а уж в понимании наших бабушек более, чем достаточно, поэтому звонить и описывать ситуацию сочли бесполезным. А как на грех на даче их тогда не было. Потом сказали, конечно, что же вы н позвонили, мы бы взяли…
Хотя задним числом и я бы так могла сказать, а не взяла бы.. Но попытаться стоило, конечно, это мы зря…
Кошка никуда уходить не собиралась и уже начала рваться в дом. Тут против были все. С учетом что дом свекрови, выступать я тогда тоже особо не имела права.
Поставила под березу я таз еды и решили, что за ночь она сама уйдет. И все проблемы решатся. Поест, отдохнет, поспит и уйдет.
Как бы ни так. Утром меня ждали под тем же деревом кошка и пустой таз от еды.
Дело принимало поганый оборот. Правда она обсохла, распушилась, судя по заднице больше не дристала и стала немного походить на кошку той породы, которой являлась.
Закралась мысль предложить ее соседке, что остается здесь зимовать. Понятно, что мышей ловить это чучело будет вряд ли, но тогда кошки персидские были еще очень дорогими и модными. На этом можно было сыграть. Престижно же иметь.
Соседка даже заинтересовалась такой подачей животинки, даже готова была взять ее на ручки и почти согласилась. Но кошка орала и сопротивлялась так будто я ее на шаурму отдаю, цеплялась обратно за меня и прыгала мне на руки. Кому такое надо? Кончено же только мне. А видела она меня второй только день.
Страсти накалялись. Мама моя пела песнь о том, что избавиться надо как можно скорее, чтобы не привыкла, чтобы не сочла нас хозяевами. И в этом она была права. Свекровь ту да же рулила. А я даже не догадалась позвонить мужу и попросить в сети посмотреть, что вообще делают в таких случаях хотя бы объявление где дать что нашлась, может кому сразу она нужна бы стала.
Я просто не в курсе была всех этих возможностей. Как раз после этой истории, по возвращении и начала узнавать что да как и где, уж очень меня все это потрясло.
Оставался еще один вариант. На другом конце деревни есть дом многоквартирный двухэтажный для работников фермы – доярок, скотников. Они там живут семьями. Многие, понятное дело, бухарики, но есть и более-менее адекваты. У них зимой отопление, подъезды тоже теплые.
Кошка необычная, тогда мало совсем было таких пушистых, ласковая, ручная, может быть деткам и взяли. Понятно, что своих местных там выше крыши, но эта все таки особенная.
Посадила я ее в старую Мусину переноску и пошли мы с ней по деревне. А она урчит в переноске. У меня сердце щемит, кровью обливается. Но не нужна мне вторая кошка! И что делать еще я не знаю. Я понимаю лишь одно – сезон заканчивается, скоро осень и зима и в деревне всего один дом, где по сути она может выжить, один единственный, не считая соседкиного, куда она не пошла категорически.
Я посадила ее в подъезде где почище, сытую конечно же, погладила и ушла. Она там осталась сидеть. Вокруг дети, думаю, сейчас заметят и возьмут. Не совсем уж она котенок, месяцев 7 уж ей точно есть, не задавят. Садистов тогда там среди детей особо как-то еще не было.
Весь день я ходила чернее тучи, легла спать с таким сердцем, будто бы ее в лес отвезла и дереву привязала. Все мучилась что на дачи не пошла по домам спрашивать, что не подержали ее день или два…
Но успокаивала себя тем, что она любит людей, и обязательно найдет свои руки в этом доме…
Лучше чем голодная смерть….в мороз.
Утром открываю дверь ,а встаю я рано, и под березой на привычном месте вижу наглую рыжую морду. Как она нашла? Как дошла? В деревне куча домов и шли мы с ней минут 20 кругами.
Ну что ты будешь делать то? Накормила.
Сейчас, вот именно сейчас и именно такую кошку, которая явилась из ниоткуда, ко мне и только ко мне и больше ни к кому я сочла бы за послание, за знак небес, за что угодно, но обязательно оставила ее себе. Котят, родившихся с сарая, до сих пор не могу обещать, что взяла бы хоть одного, а вот в данном случае – взяла бы! Потому что это история из серии мистических….
Но тогда моя душа была слишком молода, чтобы вдаваться в подобные рассуждения. Я мыслила прагматично – куда деть кошку, чтобы зимой она не околела. Все. Чтобы был хотя бы магазин или склад или офис или жилой дом, да что угодно, где зимой есть люди, куда просто можно хотя бы прийти, а там уж что будет. Вот как пришла к нам. Хотя бы накормят.
Зимой в нашей выродившейся деревне – почти не реально. На дачах – еще не реальнее.
У нас тогда даже магазина не было. Если бы был – заплатила бы продавщице за зимовку, еды бы оставила….
А там может из покупателей из других деревень или дач кто взял. Но магазина уже не было….
Да, когда -то были и школа, и клуб, и библиотека, и медпункт и почта, куда-нибудь бы да прижилась.
А теперь зимой - два старика на всю округу, еще пять бухариков конченных, ну вот и мигрирующее население этого многоквартирного дома. Многоквартирного – это квартир 10, не больше или даже 8.
Конец сезона, надежды что будут искать – никакой. Да если бы искали. Третий день пошел. У меня бы потерялась, я бы все окрестные деревни в тот же день обежала с объявлением и наградой. Значит не нужна она никому.
Оставался один ужасный выход. Увезти. Увезти туда, где у нее есть шанс найти людей. По сути просто предать. Мама сразу предложила в совхоз, поселок самый ближний. Но шансов там тоже немного….
Выбрали мы станционный городок. Там большой рынок, много магазинов, есть тихие совсем дворики зеленые…., а опасное движение на дорогах только на центральной площади и то только летом.
Как я себя чувствовала – не передать словами. Мне до сих пор мерзко. Посадили опять ее в ту же переноску, она урчит. Блин, всю дорогу урчала!!!
Дальше началось самое страшное для меня. Надо было остановить машину, высадить и уехать.
Машина моих родителей. Мама сначала была полностью на моей стороне, но когда я заставила отца делать десятый круг по городу начала заводиться.
Мол, давай уже. А мне все казалось то движение тут опасное, то собаку я вроде видала, то совсем мало жилых зданий и ларьков, куда можно прибиться. Я все искала такое место, чтобы и двор тихий, но жителей много, чтобы магазинчик или палатка, но без шоссе.
Нашла. Тихий двор, несколько домов хрущевского типа, рядом детская поликлиника, поток мам и деток по дорожке, дорога, где машины далеко, метров 300 и не оживленная, дворовая, детская площадка, лавочки.
Мама моя уже начала выходить из себя. Я вся на нервах. Потому что чувствую какую подлость я совершаю. Просто тогда я не понимала, что она мне доверяет и не ждет от меня такой мерзости.
Я просто избавлялась от проблемы так, как могла с наименьшим вредом для кошки. Но я сейчас понимаю, что это я от проблемы избавлялась, а не ее спасала.
Остановились, вышла, посадила на лавочку возле самого тихого и всего в зелени дома. И уехали.
Я даже не смогла повернуться и посмотреть, отец сказал что сидит на лавочке, в зеркало ему было видно. Когда проехали метров 20 я вдруг поняла, как это выглядело со стороны, из окон этого дома. Остановилась машина, из нее высадили кошку и уехали! Какой же мерзостью я выглядела. Ведь все решила точно, что мы хозяева. Те самые дачники, что наигрались и теперь решили подбросить.
От этого мне стало сосем мерзко на душе. Плакать вроде не поймут. Сейчас вот пишу и плачу, реально плачу.
Как представлю все это ….И машину, и дверь, и кошку на лавочке и как она шла через поле и как вернулась по деревне. И реву всерьез. Но я должна была это рассказать. Мне надо было облегчить душу.
Перед этой именно кошкой я виновата больше всего.
На будущий год, когда приехали в этот городок (за продуктами), то я как мне показалось рядом с тем двором видела ее. Или очень похожую кошку. С боку. Окрас, шерсть. Вроде перебежала дорожку на вид сытая и уверенная в себе. Да перс бы в подвале и не выжил. Но могло мне тогда просто показаться от огромного желания знать, что кто-то ее нашел, кто-то взял. Я уже маятником тогда пыталась мотать и спрашивать. Все выходило жива, что взяли в семью где ребенок мальчик…
Но тут дело такое. Всегда вероятность ошибки 50 на 50. Вот про Афинку говорил жива… так и вышло, а про ту кошку – кто же знает…, возможно я слышала и видела лишь то, что хотела слышать и видеть, а это несложно.
Прости меня, киса. За то, что я не поняла тебя, за то что не догадалась, что ты искала возможно именно наш дом и выбрала нас не случайно, за предательство мое прости, за то, что подала надежду и ее тут же обманула. Мы люди – существа не совершенные. Многое понимаем лишь с возрастом, с годами, с опытом. Я помню тебя! Возможно в хороших руках ты еще жива и здорова и все у тебя хорошо.
Я так хочу верить в то, что я не была предназначена тебе Богом как хозяйка, а все сложилось именно так – и этот день, и этот двор для того, чтобы я стала посредником между плохими хозяевами и самым лучшим и желанным. Может в этом была моя миссия? Эх, как хорошо тешить себя такой мыслью. И я имела бы на нее право, если бы передала тебя, кисуля, из рук в руки, в надежные руки, а не посадила бы на лавочку в тихом зеленом дворе.
Да, это подло и мерзко. Но назад я уже ничего отмотать не могу. Я каждый день до конца лета, а это еще недели две ждала, что кто-то придет в деревню и будет тебя искать, что назовет меня последней дрянью за то, что я натворила, но я готова была бежать тогда в тот дворе и искать тебя по всем закоулкам. Но никто не искал и не спрашивал.
Тебя предали дважды. Хозяева и я. Я разве что попу помыла и кушать дала. Какой великий подвиг, можно оправдать им всю последующие гадости. Ага, сейчас.
Прости меня, киса. Никто в семье уже не помнит этой истории. Нет, если напомнить, то вспомнят, но точно никто не корит себя по этому поводу. Одна я. Вижу этот двор, эту лавочку, вижу себя чужими глазами из окна этого дома, вижу, как киса идет по тропинке со стороны леса. А вдруг она из того города снова пошла нас искать. Это больше 20 км по трассе! Господи, я сейчас устрою тут всемирный потом. Так больно, будто бы это случилось вчера. А ведь возможно она жива и счастлива, есть ведь такой шанс. Или была жива и счастлива несколько лет.

Прости меня, киса. Я тебя помню. Хотя тебе, где бы ты ни была от этого не легче. В твоих глазах я все равно буду падлой, даже если оказалась мостиком к счастью….
Вот так. Для кого-то я заботливая хозяйка, готова пылинки сдувать, а для кого-то падла.
Сейчас конкретно в этой истории я бы повела себя иначе. Но где гарантия что не буду падлой в другой? Ведь третья история тоже была… …
Но самая для меня тяжелая – именно эта.
Принцип известный и уже мной упомянутый - с глаз долой, из сердца вон. Но оказалось, что с глаз долой у меня получилось, а из сердца вон - вот уже столько лет и все никак. Моя бабушка, умирая, больше всего боялась ответ держать за нерожденных детей не перед Богом, а там - перед ними, умирала уже в 90 лет, а болело у нее об это душа всю жизнь...
Видимо есть такие вещи, которые "из сердца вон" просто невозможно и не всегда они касаются только людей. Когда это твоя подлость по отношению к кому-то живому, все равно болит сильно, даже если это аквариумная рыбка, которую я марганцовкой потравила случайно или черепаха, которая уползла, а ее не нашли. А тут - уж совсем как-то мне гацко на душе до сих пор.


Прости нас, киса!