Бум!

Ондостался им совершенно бесплатно, уже взрослым. Ни тебе бессонных ночей над колыбелькой, ни режущихся зубов, ни педиатров, ни прочих приложений к взрослению. Один целый незамутненный воспитанием кот.

Семья умилилась, восторженно поохала и назвала кота Боренькой. Раза четыре. А потом стало как-то не до того.

Отличительной особенностью этого кота была бездонность. Кот жрал. В максимальном смысле слова. Как будто не для себя одного жрал, а для всей кризисной Греции в придачу.

Пёр по кухне полосатым танком, отодвигая детей от стола вместе с табуретками. Молотил бойкой мясорубкой и свое, и найденное, и спёртое. Не пропускал мимо даже комаров - ловил и жрал с мордой гурмана.

Попробовали кормить Бореньку в два раза больше. Кот благодарно переваривал, курчавился, крепчал и тырил в два раза интенсивнее. При этом из кота счастливо мурлыкало басом что-то похожее на "Жизнь удалась, мляу!"

Когда Боренька тихо, на цырлах уволок кило замороженного фарша и сточил его за шторой в спальне, не размораживая и вместе с упаковкой, стало понятно, что с именем для своей оборзелой лошади семья промахнулась.

Так Боренька стал Бо́рзелем. По версии главы семьи кота стали звать намного более нецензурно, но с сохранением общего смысла - "тыохренел!".

Борзель одинаково азартно тырил со стола и колбасу, и лимоны. За ужином практически залезал растопыренной лапой в рот хозяину и этой лапой вынимал из хозяина оливье. Всасывал жарящиеся котлеты прямо со сковороды. В полете отковыривал шпингалет на кухонной двери и крышки с кастрюль. Семья с трепетом ждала, когда этот медвежатник вскроет холодильник.

На второй месяц кот осознал: всё, что падает на пол, в силу человеческой жабы становится его едой по умолчанию. Бдительная семья сразу стала намного реже ронять еду и даже научилась эквилибристически ловить всё падающее в сантиметре от пола.

Эту проблему кот решил прыжками на стол, всеми четырьмя лапами в тарелку, одним движением переводя еду в категорию корма без участия пола.

Если в тарелке в это время был борщ, Борзель игруче плескался в нем,

а потом облизывал всё и всех вокруг до стерильной чистоты.

Однажды ночью глава семьи столкнулся с Борзелем в коридоре. Тот нес в зубах батон и думал, куда его выгоднее вложить. В шкаф или под диван.

Думать об инвестиции помешал мат свыше. Когда хозяин попытался оторвать батон от кота, выяснилось, что они срослись в районе горбушки и расставаться не хотят. Кто-то из них двоих мужчину даже обшипел.

В конце концов всем стало казаться, что кот плотоядно косится на бабушку. А главе семьи - что он работает на еду для кота и успокоительные для остальных.

Посоветовались с интернетом. Поисковик на запрос "кот охренел ворует и жрет" сразу выдал фото Борзеля с волочащимися следом шестью метрами чужих сосисок, а ниже - ссылки с советами про борьбу.

Например, про брызгание в жрущего кота неприятно мокрой водой и кидание в него же металлической баночки с гремящими монетами. По версии специалистов брызги и шум не нравятся котам настолько, что они сразу перевоспитываются. Некоторые аж книксены делать начинают.

Но очень важно брызгать и кидать незаметно, чтобы кот не понял, кто пакостит, и не отшлёпал вас укоризненно украденной у вас же куриной лапой.

Борзель, конечно, не заметил, кто брызгал. Был занят. Но воде обрадовался. Надо же было чем-то запивать только что упоротую котлету. А грохота баночки с монетами очень испугалась бабушка, пришлось и на нее слегка побрызгать из пульвелизатора. Кот же отодвинул баночку от котлеты мордой и продолжил жрать в том же темпе.

На бабушку, кстати, методы подействовали. Какое-то время она отказывалась от еды и вязания.

Способ, заключающийся в установке по периметру кухни датчиков движения и арбалетов с ядом, был отвергнут сразу. Из-за все той же бабушки. Решили по старинке оборонять территорию вокруг стола метлой и меткими пинками.

Борзель сначала удивился, потом хмыкнул, посмотрел на всех свысока и с холодильника уронил в салат будильник...

Так впервые в мире будильник стал каплей. Последней.

Под скрежет когтей по металлу кот был оторван от мавзолея еды, с трудом и матом дотащен за шкирку до двери и с еще бОльшим трудом и матом запущен в открытый подъездный космос. Недалеко, не дальше коврика. Потому что нажрал себе себя до размеров карликового барана

и стал в придачу к бездонности еще и плохобросаем.

Наконец, в доме наступили покой и постоянные котлеты. Бабушка опять начала вязать и есть. Глава семьи расслабился настолько, что позволил себе зимнюю рыбалку. Три дня идиллии пролетели быстро, как металлическая баночка через кухню.

На четвертый день за завтраком семье открылось зрелище, по красоте и волнительности сравнимое с кенийским рассветом и зарплатной ведомостью.

За окном на сетке со смерзшимся уловом, качаясь от ветра и эмоций, висел Борзель. Висел и жрал.



Только раз полоснул волевым взглядом по подавившейся семье и продолжил выгрызать из рыбного камня рыбий хвост.

Оторвать Борзеля от авоськи ни у кого не поднялась рука. Обнявшихся, их внесли на кухню и положили хором оттаивать в углу. А сами смотрели на планомерное обтачивание восьми кило окуня и неожиданно для себя умилялись до слёз.

Ведь если вам повезло с котом, то это навсегда.